1 августа началась Первая Мировая Война. В считанные дни был оккупированЛюксембург, большая часть Бельгии, началось наступление во Франции. 17 августа Россия открыла Восточный фронт. Русский генералитет принял решение о начале двух операций: Восточно-Прусской и Галицийской. Мы когда-то рассматривали их: в первой русские изначально имели успех, но, в последний момент, Гинденбург выбил победу из наших рук, на юге такого не произошло: русские войска вышли практически к Карпатам, разумеется, немцам это нравится не могло, но и ни сражения в Польше осенью 1914 года, ни в Восточной Пруссии в январе — феврале 1915 года не привели к какому-либо решающему результату. Русские все ещё удерживали Галицию и оставались в Польском мешке. С началом 1915 года в России появились первые предпосылки снарядного голода, к весне он достиг своего апогея. Этим и решили воспользоваться Центральные державы, перейдя на западе к глухой обороне и начав перебрасывать на восток, а именно, к Горлице полк за полком, дивизию за дивизией. Началась активная подготовка к полному, решающему разгрому наших войск.

В России же сложилась странная ситуация: как было сказано в прошедших разделах, мы отказались от похода на Берлин, однако Венгерская равнина всё ещё нас манила, особенного после февральско-мартовского успеха. Разумеется, мы от и до знали о том, что происходит между Вислой и Карпатами, а именно, напротив нашей 3-й армии Радко-Дмитриева. Впрочем, как показала дальнейшая ситуация, это был единственный человек в России, кого хоть как-то волновала судьба собственной армии и который смог сохранить объективность: генерал Иванов грезил продолжением Карпатской операции, Великий Князь Николай Николаевич присматривался на Буковину, совершенно не замечая столь серьёзную угрозу на правом фланге Юго-Западного Фронта, а, соответственно и нашим тылам в Галиции. Телеграммы Радко-Дмитриева оставались без ответа. Более того, 3-я армия не имела должной обороны, была слабая связь с тылом, многие полки были плохо укомплектованы. В таком состоянии и пришлось принять главный германский удар нашей 3-й армии. Против неё немцы выставили 11-ю армию Макензена (переведена с Западного фронта) и 4-ю армию Эрцгерцога Фердинанда. В то же время началось отвлекающие наступление Германии в Курляндии, о котором мы поговорим в следующей части.

Генерал Р.Д. Радко-Дмитриев

1 мая, в 9 часов вечера против 3-й армии ударила артиллерия. В Германии снарядного голода, такого как в России не было, потому артиллерийская подготовка была проведена очень щедро, она длилась с небольшими перерывами вплоть до 10 утра 2 мая. Вся та малая часть оборонительных сооружений, которые имелись на Дунайце и у Горлицы быстро оказалась уничтожена. Наша армия оказалась почти никак не защищена, первые ряды армии Макензена  шли с полной уверенностью в отсутствии серьёзного сопротивления, шли, пока не загрохотали наши пулеметы. Русские войска стояли едва ли не в полный рост, но сдерживали первый атаки немцев, сдерживали, как и подобает русскому солдату, с беспредельной доблестью. Так, один 9-й армейский корпус Драгомирова отразил наступление всей австрийской армии. Шёл первый день сражение, ничего нового немцы не получили. Лишь после включения резервного 10-го германского корпуса, 5-го мая, все три линии обороны, а вернее то, что от них осталось оказались в руках немцев. Радко-Дмитриев отдал приказ об отходе своих корпусов на реку Сан. Особенно сложная ситуация сложилась на стыке 3-й и 8-й армий, где стоял 24 корпус Цурикова, состоявший из 48-й и 49-й дивизий. Если вторая дивизия смогла избежать окружения, то 48-я дивизия легендарного Корнилова уже потеряла всякую связь с тылом и была полностью перебита. Но и вновь унеся за собой сотни немецких солдат. Сам Корнилов попал в плен. В общем, тем не менее, Радко-Дмитриев отвел свою армию за Сан. Наступление немцев, к счастью, приостановилось, так как появилась угроза в Тироле: в войну на стороне Антанты вошла Италия, безостановочному продолжению наступления воспрепятствовали и как всегда на Восточном Фронте непредвиденные потери германцев. У нас появилось время для спасения фронта: отведения с прежних позиций 8-й армии и создания оборонительных рубежей на Сане. Козлом отпущения, разумеется, стал Радко-Дмитриев, его быстро заменили на генерала Лаша, командующего ранее 12-м армейским корпусом. Однако, по искренне непонятным никому причинам после этой замены русские войска не оказались под Будапештом. Более того, это даже не способствовало проведению малейших мероприятий по организации обороны на реке. Что и привело к дальнейшим плачевным последствиям. Всё как всегда. Тем временем, Макензен получил в своё распоряжение 2-ю австро-венгерскую армию и решил таки окончатеьно уничтожить армии Юго-Западного фронта.11 немецкая и 4-я австрийская армии должны были ударить в стык армий, 2-я австрийская армия должна была ударить по переброшенным ранее частям 8-й армии, вставшим под Перемышлем.

17 мая первые части беспрепятственно форсировали Сан, на котором почему-то всё ещё не была организована достойная оборона (должно быть, наше командование надеялась, что немцы передумают наступать, потому не ясно, что происходило на реке в течение десяти дней без боев). Прорыв был быстро расширен и к 24 мая немцы стояли на всем протяжении правого берега от Ярославца до Перемышля. В течение последующего месяца вся гордость русской армии за 1914 год оказалась обращена в прах: 3 июня почти без боя был сдан Перемышль, тот самый осада которого стоила нам тысячи убитых солдат и четыре месяца, 22 июня пал Львов, из всей Галиции русские удержали один Тернополь. Несколько сотен тысяч погибших в ходе Галицийской Битвы, в ходе осады Перемышля, Карпатских сражений оказались полностью напрасными. Но нельзя и не упомянуть и наше наступление 9-ой армии Лечицкого в Буковине. Этот, по сути, отвлекающий удар, оказался очень успешным: русские успешно вели боевые действия на правом берегу Днестра, так, например, 3-й конный корпус графа Келлера просто уничтожил Венгерский гонвед, легионы Пилсудского. Того самого. Одновременно с 9-й армией вела бои и 11-я армия, отражая атаки Южной Германской армии генерала Линзингена.

Но наступление этих двух армий кардинально ситуацию поменять уже не могло. Русские оставили Галицию. Наши потери составили до 500 тысяч человек. Сами немцы потеряли также немало: более 400 тысяч человек. Так и закончились первые бои Великого отступления 1915 года. Русские оставили колоссальные территории, хоть и не допустили уничтожения армий, а, как следствие, и всего фронта. Это было только начало бури. В ставке похоронили уже и идею похода на Будапешт, кардинально изменив свою позицию: началось стратегическое отступление из образовавшегося в ходе прошедших боев Польского мешка, то есть, хоть и не этнически, но русской территории. Особенно обидно становится, понимая, что была реальная возможность закрепиться на рубеже реки Сана, удержаться в Перемышле и во Львове. В течении последующих двух-трех месяцев таких упущенных возможностей будет много. Но об этом мы уже поговорим в следующих разделах.

Автор статьи: Назар Голубцов

Рубрики: Статьи

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *