1 августа началась Первая Мировая Война. В считанные дни был оккупирован Люксембург, большая часть Бельгии, началось наступление во Франции. 17 августа Россия открыла Восточный фронт. Русский генералитет принял решение о начале двух операций: Восточно-Прусской и Галицийской. Мы когда-то рассматривали их: в первой русские изначально имели успех, но, в последний момент, Гинденбург выбил победу из наших рук, на юге такого не произошло: русские войска вышли практически к Карпатам, в последствии произошло несколько сражений на территории Польши. На этом и закончился 1914 год: австрийская армия была разгромлена, а гордые германцы с одной стороны, разбили нас в восточной Пруссии, взяли под контроль часть Западной Польши, с другой стороны, не достигли никаких своих целей на востоке и к тому же оставили часть своей территории. Немцам нужна была поддержка, новый союзник, которым и стала Османская Империя – страна, яростно и гордо воевавшая с Россией на протяжении двух веков и сейчас решила воспользоваться моментом и нанести по нам удар дабы вновь проиграть и остаться уже без Константинополя.

Конечно, не лишённая амбициозных и фанатичных планов по завоеванию России до Дона и отторжения всей Средней Азии, а также возвращения северного Причерноморья, из себя турецкая армия ничего не представляла, потому её пришлось вытягивать немцам, даже турецкий генеральный штаб возглавлял германский полковник Бронсар фон Шеллендорф. 30 октября, по приказу младотурка Энвера-Паши, османского Гинденбурга, возомнившего себя Наполеоном, немецкий крейсер «Бреслау» и турецкий «Гамиде» нагло обстреляли Новороссийск и Феодосию, заминировали Керченский пролив, потопив несколько судов. Разумеется, терпеть мы такого не стали, объявив в этот же день войну, при чем без согласия союзников, однако они нас поддержали, уже 3 ноября впервые бомбардировав форты Дарданелльских проливов. 12 ноября Турция объявила газават нам и нашим союзникам.

Первые боевые действия прошли на море: и наш, и турецкий флот пытался бомбардировать порты врага на Черном море, так, однажды под Севастополем, «Гебен» и «Бреслау» напоролись на наши корабли, вернувшиеся с бомбардировки Трапезунда, после скоротечного боя немецкие крейсера ушли к турецким берегам. Это было первое и последнее морское сражение на Черном море за всю войну. К слову, шел ноябрь 1914 года.

На суше же дела шли иначе. Сначала войны на Кавказском фронте турки имели 3-ю армию генерала Гассан-Изета-Паши с начальником штаба с немецким, разумеется, майором Гюзе. Ей противостоял 1-й Кавказский корпус генерала Берхмана, в Персии располагалась 2-я Кавказская стрелковая бригада, также, двумя месяцами ранее, на Кавказ был возвращен с Юго-Западного фронта ослабленный 2-й Туркестанский корпус. Главнокомандующим был Кавказский наместник граф Воронцов-Дашков, хотя фактически войсками командовал генерал Мышлаевский, его военный помощник. Начальником штаба был уже через полтора месяца ставший знаменитым генерал Юденич. Первыми в наступление ушли Русские войска, в середине ноября овладев Кеприкейской позицией (39-я дивизия), Азербайджанский отряд Чернозубова тем временем взял под контроль северную Персию, помимо того силами Эриванского отряда мы захватили Алашкертскую долину, Ольтинский отряд генерала Истомина встал западнее Карса, в направлении Эрзурума. К этому времени Турция получила достаточное пополнение для обеспечения преимущества над нашими войсками и перешла в наступление в Пассинской долине против нашей 39-й дивизии, положение спасла 2-я пластунская бригада, перешедшая в ночь на 19 ноября по грудь в воде ледяную реку и ударившая во фланг туркам. Начавшееся наступление турок в Алашкертской долине также было остановлено, хоть и с большим трудом. 

Энвер-Паша

В середине декабря Энвер-Паша прибыл в Эрзурум, готовя наступление в Российское Закавказье, оно и началось 22 декабря. Как и полагалось германскому ученику, Энвер-Паша для начала планировал окружить и уничтожить русские войска, а затем пройтись по обескровленному тылу, едва ли не до Москвы. В общем, калька с приказов Гинденбурга, только на турецком языке. В реальности все оказалось совсем по другому. Первым в наступление двинулся 10-й турецкий корпус, столкнувшись с Ольтинским отрядом, который состоял всего-то из одной стрелковой бригады с бригадной артиллерией. Через несколько часов выяснилось, что этого «всего» достаточно для срыва всеобщего наступления великой турецкой армии. Отряд организовано отходил, турки заняли Ардос и Ид, равнее захваченные нашими войсками, через день после начала наступления мы оставили Ольты, после того враг начал наступление на Сарыкамыш, а южнее в наступление двинулся 9-й турецкий корпус. Мы планомерно отошли, не позволив врагу окружить ни одной дивизии, то есть, первая задача турецкого Чингисхана с визгом провалилась. Большим парадоксом стал факт, что турки насколько часов штурмовали Ольты (31-я и 32-я дивизии), в то время как мы уже оставили крепость. Их потери составили две тысячи человек. В это время на фронт пребывают Мышлаевский и Юденич, первый принимает командование всей Кавказской армией, Юденич – 2-м Туркестанским корпусом (двумя пехотными бригадами с юго-западного фронта). В общей сложности, к моменту их прибытия в ставку положение было довольно таки шаткое: слабая связь между войсками, Берхман, командующий 1-м Кавказским корпусом, пренебрегал донесениями Истомина, действуя не согласовано, закрывал глаза на реальные угрозы со стороны турок. Однако, и у врага ситуация была разумеется не лучше, в связи с погодными условиями их войска действовали не скоординировано, потому 25 декабря западнее Сарыкамыша стояло всего две дивизии: 17-я и 29-я. Но и в такой ситуации численное преимущество турок было очень значительно: в Сарыкамыше распологалось всего 7 батальонов, в два с половиной раза меньше, чем у турок. Оборону возглавил начальник штаба 2-й Кубанской пластунской бригады полковник Н. А. Букретов. 26 декабря мы были вытеснены с Бардузского перевала, враг захватил важные высоты, однако идти на штурм побоялся, после нашего артиллерийского огня приостановив наступление до прихода пополнения состоявшего из 7-й и 28-й дивизий. 

Генерал Н.Н. Юденич

Промедления турок были нам на руку: они позволили нам перебросить большое число войск в район Сарыкамыша, но ситуация все ещё оставалась катастрофической. Через день был перерезан участок железной дороги Сарыкамыш-Карс, начался штурм города. На фоне этого Мышлаевский оставляет в крепости Берхмана и Юденича как равноправных командиров, отдает приказ об уничтожении складов, сам уезжает в Тифлис готовить оборону Закавказья. 31 декабря военный министр Сухомлинов скажет: «… несомненно, что на Кавказе сейчас два врага: турки и Мышлаевский — и оба действуют успешно». На самом деле к этому времени ситуация в Сарыкамыше была уже не столь печальна: турки истощились после многокилометрового перехода, а 28-го декабря к нам пришло пополнение генерал-майора М. А. Пржевальского с пятью батальонами пластунов. Но 29-го декабря туркам все же удалось окружить город. Был захвачен вокзал, а также некоторые районы, но уже на следующий день вокзал был освобождён, турки были выбиты за черту города. Благодаря этому Юденичу удалось перегруппировать войска и начать наступление на Сарыкамышском направлении, а затем и по всеми фронту. К тому времени турки взяли под контроль часть Батумской области, а также захватили Ардаган в Карсской области. К сожалению, наступление не оказалось решающим из-за неправильной оценки обстановки Берхманом, в общем, как и всегда в русской армии на всех фронтах на протяжении всей войны. 6 января он был отстранён от командования, а командующим группировки Кавказской армии был назначен Юденич. Все таки, в ходе последующего наступления сначала было восстановлено железнодорожное сообщение с Карсом, а затем освобождена захваченная ранее часть Батумской области, Ид, Ольты. Наши потери за всю операции составили 16-20 тысяч человек убитыми и ранеными, ещё 6 тысяч получили обморожение. Турки же потеряли не много не мало 70-90 тысяч убитыми, ранеными, плененными, дизертировавшими и обмороженными. 

Так и закончилось Сарыкамышском сражение нашей громкой победой, параноидальные мечты о всеазиатском могуществе «туранской империи» Энвер-Паши разрушились с полным треском, заглушив даже самого Гинденбурга. С тех пор из лексикона солдат турецкой армии на Кавказе продадут на всегда такие слова, как «победа», «наступление», им останется только лишь проигрывать и отступать вплоть до революций. В числе героев русской армии загорелась новая звезда, звезда Юденича.

Автор статьи: Назар Голубцов

Рубрики: Статьи

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *