К 1914 году на территории Европы окончательно сложилось два Альянса — Антанта (Россия, Англия, Франция) и Тройственный Союз (Германия, Австро-Венгрия и, пока ещё, Италия). Вся Европа представляла из себя огромный пороховой склад: Эльзас, Банат, Галиция, Тироль, Босфор и Дарданеллы, Босния, Румелия, Фракия, Добруджа, Польша, Закарпатье, Лотарингия, Буковина, Трансильвания, Македония и далее, далее по списку. Достаточно было лишь малой искры для взрыва и последующего долго полыхающего пожара. И эта искра нашлась. 28 июня в Сараево, в столице совсем недавно присоединенной Боснии представитель террористической группировки “Млада Босна” совершает покушение на Австрийского Эрцгерцога Франца Фердинанда, удачное покушение. Австрийский наследник умер — все мы помним этот фрагмент из учебника школьной истории, однако все не так просто, как кажется на первый взгляд. Вернее, совсем непросто. Во-первых, Эрцгерцог Франц Фердинанд вполне себе симпатизировал славянам, сам был женат на чешке — также жертве покушения, но довольно-таки холодно относился к Германии, которая со времен Бисмарка рассматривала Австро-Венгрию не более чем собственную марионетку. Не скрывал Австрийский принц и своих планах о создании Триединой Империи — Империи немцев, венгров и славян. Для Балкан альтернативы лучше не придумаешь? — скажете вы. Для немцев же — страшный сон потерять столь преданного союзника, если не сказать более правильно — вассала. Во-вторых, не ясен ряд мелочей, связанных с передвижением Франца Фердинанда в Сараево — ничем необоснованные изменение маршрутов, несогласованные с охраной Эрцгерцога — ярый тому пример. Да и Сербам должно было быть очевидно: поддерживать организацию, которая собирается совершить покушение на принца-славянофила, да и ещё имеющего братьев — будущих наследников — по меньшей мере глупо. Лично по моему мнению, организаторов покушения надо искать не в Белграде и уж тем более не в Петербурге, а в Берлине. Сами подумайте, Вильгельм II таким образом решил сразу две проблемы: обеспечил гарантии контроля над Австро-Венгрией на ближайшие годы — это раз, развязал столь желанную долгожданную войну, к которой Германия готовилась со времен подписания Версальского мира 1871 года — это два.

Убийство в Сараево

Определенно, больше Германии в войне пострадала разве что только Россия, но не об этом речь. Пока Вильгельм II, жадно закатывая рукава, уже расчерчивал новые границы Европы, пожар по-тихоньку разгорался, давая пламя для той или иной бочки с порохом. Его дипломаты лишь поддерживали огонь, дабы он не затух. Не отставали и союзники: 23 июля Австро-Венгрия предъявила Сербии ультиматум, с максимально унизительными для последних требованиями, самое удивительное — Сербия согласилась выполнить большинство пунктов, но австрийцам, хотя наверно более правильно будет сказать — германцам, этого оказалось мало. Они начали мобилизацию против Сербии и даже России. Сербы — против Австро-Венгрии. Из всех стран, кажется, только Россия пыталась сдержать германскую агрессию.

Символическая карта Европы в 1914 году

Вот, собственно, фрагмент переписки Николая II и Вильгельма II:

“Я получил твою телеграмму и разделяю твоё желание установить мир. Но, как я сообщил тебе в своей первой телеграмме, я не могу считать действия Австрии против Сербии «бесчестною» войною. Австрия на собственном опыте знает, что сербским обещаниям на бумаге совершенно нельзя верить. … Думаю, что полное взаимопонимание между твоим Правительством и Веной возможно и желательно, и, как я уже телеграфировал тебе, моё Правительство прилагает усилия, чтобы этому поспособствовать. Конечно, военные меры со стороны России в Австрии были бы расценены как бедствие, которого мы оба хотим избежать, а также они подвергли бы риску моё положение посредника, которое я с готовностью принял после твоего воззвания к моей дружбе и помощи.” — писал Вильгельм II 29 июля.

Кайзер Вильгельм II

“…В то же время официальное сообщение, представленное сегодня твоим послом моему министру, носило совершенно иной оттенок. Прошу тебя объяснить это различие! Было бы правильным поручить решение австро-сербской проблемы Гаагской конференции. Верю в твою мудрость и дружбу.” — отвечал в этот же день Николай II.

“По твоему призыву к моей дружбе и твоей просьбе о помощи я стал посредником между твоим и австро-венгерским Правительствами. Одновременно с этим твои войска мобилизуются против Австро-Венгрии, моей союзницы… Я сейчас получаю достоверные известия о серьёзных военных приготовлениях на моей восточной границе. Ответственность за безопасность моей империи вынуждает меня принять превентивные защитные меры. В своём стремлении сохранить мир на Земле я использовал практически все средства, бывшие в моём распоряжении. Ответственность за несчастье, которое теперь угрожает всему цивилизованному миру, не будет лежать на моём пороге. В сей момент всё ещё в твоей власти не допустить этого… Ты всё ещё можешь сохранить мир в Европе, если Россия согласится остановить свои военные приготовления, которые, несомненно, угрожают Германии и Австро-Венгрии.” — в какой-то степени лицемерно снимал с себя ответственность Вилгельм II, уже 31 июля.

Император Николай II

“…Технически невозможно остановить наши военные приготовления, которые являются необходимым ответом на австрийскую мобилизацию. Мы далеки от того, чтобы желать войны. До тех пор, пока продолжаются переговоры с Австрией по сербскому вопросу, мои войска не произведут никаких провокационных действий. В этом торжественно даю тебе моё слово. Уповаю на свою веру в Божью милость и надежду на твоё успешное посредничество в Вене и верю, что они обеспечат благополучие наших стран и мир в Европе.” — ответил в тот же день наш Царь.

Мобилизация мужского населения в Санкт-Петербурге, 1914 год.

“Благодарю за твою телеграмму. Вчера я указал твоему правительству единственный способ избежать войны. Хотя я запросил ответ к сегодняшнему полудню, никакой телеграммы от моего посла, подтверждающей ответ твоего Правительства, мне ещё не пришло. Поэтому я вынужден был мобилизовать свою армию. Немедленный, точный, ясный утвердительный ответ твоего Правительства – вот единственный способ избежать бесконечных невзгод…” — писал Вильгельм II уже 1 августа. Речь идет об ультиматуме России: немецкий посол предъявил нашему министру иностранных дел ультиматум, по которому если Россия не приостановит мобилизацию, то Германия объявит ей войну, если приостановит — то будет мир. Россия отказалась, посол же случайно передал нашему министру два документа, на оба предусмотренных случая, оба гласили о начале войны, вне зависимости от продолжения или отмены мобилизации. Это все, что нужно знать о дипломатии — её не было.

В общем, все страны Европы объявили последовательно о частичной и общей мобилизации, в том числе и Франция (казалась бы, при чем тут Франция и Балканы?), Германия начала стягивать войска к границе с Францией и Бельгией, должно быть, для решения вопроса с Боснией.

Наконец Боснийская искра разожгла общеевропейское пламя, началась война: 1 августа была объявлена война России, 3 августа — Франции, 4 августа — началось вторжение в Бельгию. Затем Великобритания объявила войну Германии. О первых боях на западном фронте мы уже поговорим в следующей части.

Рубрики: Статьи

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *