На 1916 год Русская армия строила большие планы по освобождению ранее потерянных территорий, но уже сражение под Нарочью вскрыло все наши слабости. И вот, в июне Брусилову удалось прорвать фронт от Полесья и до Карпат. За 3 месяца мы освободили большие территории, добились больших результатов.

Об этих результатах мы сегодня и поговорим. 31 августа наши войска провели новую атаку на Ковельском и других направлениях. Атака не имела какого-либо успеха, что дало командованию понять: продолжение Луцкого прорыва бессмысленно и вредно для Русской Армии. Обе стороны окопались. Основные действия начались южнее: в войну на стороне Антанты вступила Румыния. О боях на новом фронте мы поговорим в следующей части, а пока вернёмся в Галиции. Определенно, нам не удалось занять ни Львов, ни Ковель, однако была зачищена от немцев Волынь, занята вся Восточная Галиция, Буковина. Австро-Венгрия лишилась всяких перспектив на продолжения войны, став балластом своего северного соседа. По оценкам ряда экспертов совокупные потери Центральных держав за лето на Юго-Западном фронте составили порядка 1 200 000 (в т. с. раненых, убитых, плененных), из них практически миллион приходился на лоскутную империю, хотя и наши потери были впечатляющими, эксперты оценивают их в диапазоне от 400 тысяч до полу миллиона (убитых, раненых; число убитых – в районе 60 тысяч). Чтобы дать оценку летней кампании, вспомним, что было заявлено в планах на апрельском совещании ставки.

Русские войска идут в атаку. Брусиловский прорыв. 1916 год

Основной удар кампании 1916 года приходился на Западный фронт, именно он, а не Юго-Западный, должен был нанести главный удар, Брусилов же, недавно принявший на себя весь Юго-Западный фронт должен был лишь обеспечить вспомогательный удар на Волыни, в Галиции и Буковине. На самом совещании Брусилов сумел добиться лишь разрешение на нанесение своего удара не как вспомогательного, а как полноценного, равного удару Западного Фронта. И такое положение дел сохранялось вплоть до конца июля, когда окончательно провалились операции северных соседней Брусилова. Как мы уже поняли, ситуация на начало сентября никак не сходится с планами весны на лето. Западный Фронт не продвинулся ни на версту в сторону Вильно, Северный и вовсе не проводил наступлений хотя бы приблизительно подходящих под описание. Юго-Западный же фронт ушел куда дальше, нежели планировалось. То есть главных целей летней кампании мы не достигли. Определенно, изначально нормально построенное взаимодействие между фронтами, либо перенос главного удара всего Восточного Фронта на Львов или Ковель с самого начала, ещё в мае, а, соответственно, своевременное предоставление в распоряжение Брусилова всей имеющийся в резерве артиллерии, дополнительных частей пехоты и кавалерии при достаточных мерах контрразведки позволило бы закончить летнюю кампанию едва ли не под Будапештом, но не будем погружаться в иллюзии. Наши войска и без того сумели уничтожить большую часть австрийской армии, значительно навредили немцам и, что самое главное, доказали себе, своим союзникам и всему миру, что русская армия далеко не полегла в боях 1915 года и полностью сохранила и даже преумножила свою боевую мощь. Про освобождённые территории мы уже говорили не раз. Это касается больше внутренних военных итогов.

Русские артиллеристы на позиции
Австрийцы терпят поражение

Основные результаты проявились в более глобальном плане. Именно наше наступление, наступление Брусилова привело к тем общим итогам 1916 года, которыми хвалилась вся Европа. А именно: хоть какой-то, но успех в Верденской мясорубке, победа в Битве на Сомме – она проходила примерно в одно время с основными действиями армий Брусилова и Германский Генштаб не мог себе позволить перебросить дополнительные части на Западный Фронт, напротив, он снимал здесь с определенных участков дивизии для переброски на Восток, полное разрушение планов о быстром разгроме Италии летом, и, наконец, ещё немало важное событие – вступление в войну на стороне Антанты Румынии. Можно поспорить, несколько это хороший результат, но об этом мы поговорим в следующей части.

Павел Викторович Рыженко. «Брусиловский прорыв»

В какой-то степени это была и политическая победе: мы доказали, как были сказано выше, что наша армия все ещё жива, а, соответственно, доказали и свое право на все заявленные территории: Галицию, Восточную Пруссию и далее, перестав быть чуть-ли не обузой своих союзников (конечно, таковой для них мы не являлись даже в самые тяжёлые дни августа прошлого года). В ряде последующих соглашений Великобритания, давняя соперница России на Средиземном море, согласилась на передачу контроля над Босфором и Дарданеллами в нашу пользу после победы – то, к чему мы шли последние довести лет оказалось по сути на блюдечке с голубой каемочкой, оставалось просто протянуть руку и взять. И в этом нет ничего удивительного, такой прорыв, который провел Брусилов, даже не снился английским и французским стратегам, а уж про боевые действия Юденича в Закавказье можно было писать великие труды по военному искусству.

Генерал А.А. Брусилов за работой, 1916 год

Но так или иначе, прорыв завершился, а наши войска столкнулись с новым трудностями и эти трудности будут нарастать в геометрической прогрессии последующие несколько месяцев. Самое страшное, то что эти трудности будут не под Вильно, не под Львовым, даже не под Константинополем или Ваном. Эти трудности разгонятся в самом сердце Империи и потрясут весь цивилизованный мир…

Автор статьи: Назар Голубцов

Рубрики: Статьи

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *