1 августа началась Первая Мировая Война. В считанные дни был оккупирован Люксембург, большая часть Бельгии, началось наступление во Франции. 17 августа Россия открыла Восточный фронт. Русский генералитет принял решение о начале двух операций: Восточно-Прусской и Галицийской. Мы когда-то рассматривали их: в первой русские изначально имели успех, но, в последний момент, Гинденбург выбил победуиз наших рук, на юге такого не произошло: русские войска вышли практически к Карпатам, разумеется, немцам это нравится не могло, но и ни сражения в Польше осенью 1914 года, ни в Восточной Пруссии в январе — феврале 1915 года не привели к какому-либо решающему результату. С началом 1915 года в России появились первые предпосылки снарядного голода, к весне он достиг своего апогея. Этим и решили воспользоваться Центральные державы, перейдя на западе к глухой обороне и начав наступление в Галиции и Курляндии: были заняты Львов, Либава. Тем самым по центру Восточного фронта сформировался огромный выступ, получивший название “Польский мешок”, о боях в нем мы здесь, а также в следующей части и поговорим.

И так, как было сказано в прошлой части, планы у немцев были следующие: с юга командование наступлением брал на себя Конрад, который выделил непосредственно для операции Макензену лишь половину своих дивизий, остальное он желал задействовать в по сути боях местного значения в восточной Галиции. На севере все-таки, согласившись с Гинденбургом, было решено нанести два главный удара: один, 12-й армией Гальвица на юг, в сторону Седлеца, а 10-й армией Эйхгорна — на восток и юго-восток — с целью охвата Ковно, Вильно и, в конце концов, Минска. Враг изначально немного, но рассеял собственные силы, дав нам все шансы на спасение. Теперь поговорим непосредственно о нём.

Наш Северо-западный фронт возглавлял к тому времени, а именно с марта, Генерал Алексеев Михаил Васильевич, получивший в командование 10-ю, 12-ю, 1-ю, 2-ю, 5-ю, 4-ю и переданную в управление фронта недобитую 3-ую армии, также была сформирована 13-я армия Горбатовского. Первой задачей Алексеева был отвод русских войск из Польского мешка, второй — парирование ударов Гинденбурга в Курляндии и в направлении Вильно. В конце концов войска должны были быть отведены на линию Рига — Средний Неман с крепостями Ковно и Гродно — р. Свислочь — Верхний Нарев — Брест-Литовск — верхние течение Буга — река Днестр и до румынской границы. 5 июля он получил разрешение на планомерный отход с максимальным сбережением живой силы.

Ранее, 26 июня с юга перешел в наступление Макензен, началось Томашевское сражение. На неожиданность, части 3-й армии, той, которая больше всего пострадала под Горлицей, оказала серьезное сопротивление, ошеломив этим 11-ю армию Макензена. 48-я дивизия, даже лишившись своего командира, сумела атаковать неприятеля, форсировав реку Танев по горло в воде. Под Уржендове наш 25-й армейский корпус Рагозы и вовсе сумел взять в плен более 20 тысяч австрийских солдат. После, 1 июля, началось Красниковское сражение, практически безуспешное для немцев. Макензен остановил наступление своих армий на Седлец до 15 июля.

Тем временем, 13 июля, на севере в наступление перешла 12-я армия Гальвица, но даже выпустив 2 миллиона снарядов, вторая линия окопов под Праснышем для него оказалась потолком. Однако, нам все же приходилось отходить, но контратакуя, раз за разом срывая планы немцев. В этих боях мы потеряли всего лишь 40 тысяч человек, но, по сути, не отступили на севере, впрочем как и на юге. Седлец оставался для нас всё ещё глубоким тылом, а для немцев — несбывшейся мечтой. Лишь к началу августа Гальвицу удалось занять переправы через Нарев, но и тут она встала. Наконец, возобновил наступление Макензен, нетрудно догадаться, чем оно закончилось — тем же, что и в прошлый раз. Да, мы отступали на юго-восток, но не позорно, а с постоянными контратаками, например “19-й пехотный Костромской полк отбил у немецких артиллеристов 17 орудий, а 14-й Сибирский полк — 9 гаубиц.” — пишет С. П. Куличкин. Не ограничились мы и таким успехом, беря ещё и пленных: за повторное наступление Макензена мы взяли в плен 5 тысяч человек, хотя и сами потеряв 21 тысячу.

Все эти события на севере и на юге дали возможность Алексееву осуществить планомерный отход из Польши. В июле наша армия показала неизмеримый героизм, стойкость и мужество. Наши доблестные солдаты смогли удержаться под подавляющим напором противника, обеспечив спасение нашей армии в столь грозный и трудный час, все ещё мы держали Варшаву, всё ещё наши позиции на Варшавском выступе были сходны с позициями в начале года, лишь на его южной части мы срезали фронт от Ивангорода до Люблина. Целый месяц катастрофа, задуманная немцами и начатая в конце июня — начале июля не смогла осуществиться. К сожалению, в августе она проявится во всех своих красках, ведь уже 4 августа мы оставим Варшаву и фронт неизмеримыми темпами покатится на восток. Но об этом мы поговорим уже в следующей части.

Автор статьи: Назар Голубцов

Рубрики: Статьи

0 комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *